Глава VII
Страница 1

Бдительный Орел. Люди и звери. Золотишко Ватола. Профессор медицины. Польза руководства. Матриархат.

Видно, несмотря на довольно холодные с ним отношения, господь Бог послал мне Анну Осиповну за сегодняшние передряги, чтобы я отдохнул у нее душой и телом. Анна Осиповна — сухонькая маленькая старушка, кажется, специально живущая на земле для добрых дел. Но и на нее пропаном определенное впечатление одичавший человек, и она спросила попервах:

— А ты меня не порешишь?

Заверяю Лину Осиповну, что программой моего странствия не предусмотрено убиение невинных пожилых людей, предоставляющих мне кров.

Интересуюсь, нет ли в Зотовской лесничества. Хочу, мол, про здешние места потолковать.

— Как же, есть, — сообщает Анна Осиповна. — А дом лесничего на этой улице стоит. Можешь сходить, пока я вечерять соберу.

Дом у лесничего махииный, с низами, а наверх ведет лестница. На селе еще не додумались ставить электрических звонков на калитках, а мои робкие писклявые призывы: «Хозяева, хозяева» остаются безответными. Отчиняю калитку, проникаю в обширный двор. В глубине двора сарай, прикладок сена. Пусто.

Поднимаюсь по лестнице, захожу в коридор. В городе такое нахальное вторжение расценивается как серьезное покушение на частную собственность со всеми вытекающими отсюда последствиями. А тут — патриархальная простота нравов. Как бы не так!

По лестнице — резвый топот, будто лошади скачут. Бросаюсь к двери, но меня опережает, чуть не сшибая с ног, громадная, как теленок, собака. Успеваю захлопнуть дверь перед носом второй, разъединяя злые собачьи силы. Мы в коридоре один на один с рассвирепевшим кобелем.

В его глазах извечная ненависть четвероногих стражей хозяйского добра к разного рода ворам, бродягам, попрошайкам. Не раздумывая, кобель с яростью вгрызается в мое правое бедро. Бью его промеж глаз кулаком. Пес отскакивает и, напружинившись, изготавливается ко второму прыжку. Ломится в дверь собака, оставшаяся на лестнице. Хватаю с полу чугунок с каким-то варевом. Нет, не продам задешево свою горемычную жизнь.

Эта интересная (для кобеля, конечно) сцена прерывается хозяином, прибежавшим на шум из комнаты. Хозяин развел нас по разным углам и кое-как утихомирил. Кобель был очень недоволен таким поворотом дела, злобно рычал и все пытался вырваться из хозяйских рук. Возможно, его возмущало теперь, что я прижимал к груди чугунок, в котором, как выяснилось позже, был собачий ужин.

При таких обстоятельствах познакомился я с бывшим главстаршиной, а ныне лесничим Кругловского лесхоза Андреем Павловичем Филипповым.

— Орел — отличный пес, — с гордостью аттестует собаку Андрей Павлович. — На улице никого в жисть не тронет, ну а раз ты попал в дом… Не веришь? Хочешь спробуем на спор: ты выйдешь на улицу, а я спущу его с цепи и открою калитку.

Решительно отказываюсь от этой затеи, горячо уверяя хозяина, что Орел совершенно прав и что не каждому выпадает честь вот так, накоротке, познакомиться с таким превосходным кобелем.

Пока мы наперебой расхваливаем благородного, умного, бесценного Орла, чувствую, как набрякает мокротой правая штанина. Приспускаю до колен джинсы — из раны на правом бедре хлещет нержавеющая казачья кровь.

— Чего ж молчал до сих пор? — Андрей Павлович разыскивает бинт, йод и со спокойствием бывалого охотника обрабатывает рану, туго пеленует бедро.

— Считай, что тебе повезло, Петрович. А вот кабы меня дома не было? Подковал бы тебя Орел на обе ноги, а может, и того хуже. Заразы не бойся — собака не бешеная какая-нибудь, а чистокровная охотничья. Нет, ты не знаешь еще Орла — он тебе хоть зайца, хоть лису загонит.

Достоинства Орла, частично испытанные на моей шкуре, столь очевидны, что теперь я только молча киваю головой.

Андрей Павлович настойчиво приглашает перекусить, но я с опаской поглядываю на дверь. Так ли уж надежна цепь, на которую хозяин посадил Орла? Не припожалует ли сюда этот дьявольски сильный кобель, чтобы доконать меня окончательно? Нет, у Анны Осиповны будет поспокойнее.

Поздним вечером мы сидим втроем в ее чистенькой хате. В качестве вполне достаточной, на мой взгляд, моральной компенсации одному — за нахальное вторжение в его дом, другому — за пролитую кровь мы с лесничим наперебой потчуем друг друга варенухой.

Рассказываю, что видел лося, лосиные лежбища, много кабаньих следов.

Этим нас не удивишь, — замечает Андрей Павлович — лоси и по станице шастают. А диких кабанов — уйма, стадами ходят. На местной свиноферме полосатые метисы Появились. Даже волки есть.

А я пошла надысь в лес дровишек собрать, смотрю — семь чушек прут в мою сторону через реку, — вспоминает Анна Осиповна. — Испужалась я, кричать стала. И что вы думаете? Вожак ихний, старый секач, повернул морду, возглядел на меня… Чего им старуху бояться? И стадо продолжало плыть. Тут я, как говорится, дай Бог ноги. Кто знает, что на уме у этого зверья.

Страницы: 1 2 3 4

Смотрите также

Экипировочный минимум рыболова-зимника
В последнее время рыболовный рынок перенасыщен разнообразной амуницией для зимней рыбалки. Выбор огромен, и чтобы не ошибиться с покупкой, надо точно знать, для чего вам нужна и нужна ли вообще та и ...

Жизнь, повадки и ловля пресноводных рыб
Как вы думаете, давно ли человек начал увлекаться рыбалкой? В Египте, например, известен рисунок с изображением ловли рыбы удочкой. Рисунок был сделан примерно за две тысячи лет до нашей эры. В раз ...

Узлы, поводки, лески
Для того чтобы соединить концы лески, привязать крючок, поводок или присоединить грузило, надо уметь завязывать правильно, быстро, почти автоматически различные узлы. Ниже описаны наиболее распрост ...